За четыре века истории Центральной Азии и Ирана (т. е. с двенадцатого века по пятнадцатый век нашей эры) сорокалетнее правление Шахруха Тимурида в первой половине пятнадцатого века, считается одним из самых длительных и наиболее стабильных периодов того времени. Шахрух ещё со времен правления своего отца, великого завоевателя Темура был назначен правителем Хорасана. Благодаря своей дальновидной политике, он перенес столицу династии Тимуридов из Самарканда в Хорасан и сделал Герат центром своего правления. В то же время передал управление Мавераннахра своему сыну-ученому Улугбеку. Старания Шахруха доминировать и господствовать на обширной территории Тимуридского государства столкнулось со многими проблемами и конфликтами в различных областях. Несмотря на это, у него не было значимых проблем связанных с управлением. По этой причине, Шахрух с первых дней своего правления сосредоточил все усилия в развитии и процветании государства.

Наряду с установлением безопасности и мира на своей территории и заботой о ее росте и процветании, Шахрух приложил большие усилия для укрепления религиозных основ и распространения принципов ханафитского направления ислама, и в осуществлении этой цели проявил большую принципиальность и настойчивость. Соблюдение принципов шариата и уделение внимания религиозным обрядам и ритуалам констатируется всеми историками эпохи самого Амира Тимура и Тимуридов.

Личное присутствие Шахруха в общих молитвах, посещение святынь ислама, непримиримая борьба с таким негативным явлением, как алкоголизм, являются среди прочего ясным подтверждением его приверженности законам шариата.

Факты свидетельствуют о том, что однажды в Большой мечети Герата в 1427 году, в целях ликвидации Шахруха на него было совершено покушение со стороны одного из последователей секты Хоруфийе. Паломничества к святым местам, борьба с негативными явлениями, противоречащими шариату - это лишь несколько факторов, являющихся свидетельством его преданности законам ислама. Следует отметить, что Шахрух обладал редкими положительными качествами, которых не было у большинства правителей Тимуридов.

Например, решимость Шахруха бороться с явлением алкоголизма проявлялась в разрушении многих винных домов. В них Шахрух лично принимал участие со своим малолетним сыном Байсангуром Мирзой («назидания Шахруха». С.2-3). Подобный шаг основательной борьбы против алкоголизма произошел ещё в последние годы правления Шахруха, в 1441 году. Когда и где бы не обнаруживались хумханы – винные погребы - их уничтожали, сносили, а вина выливали по аллеям1.

Однажды, когда чиновники обнаружили винные погреба в домах внуков Тимура, т.е. тимуридских принцев Мохаммад Джоки и Алаа ад-давла сына Байсунгура, те незамедлительно убежали из страха за свою жизнь, а Шахрух лично провел досмотр домов указанных принцев. После его визита, по аллее лился поток вина (Матла’ ас-са’дайнвамаджма’ ал-бахрайн. Т.2/2. С.740).

Борьба с алкоголизмом обострилась до такой степени, что политические соперники обвиняли друг друга в данном пороке. Подобный инцидент приводится в книге «Дастур ал-вузара» - «Руководство министрам» следующим образом:

«Сафиад-дин, сын известного музыканта Ходжа Абд ал-Кадыра Мараги, затеял интригу и напоил Эмира Али Шакани. Когда тот полностью опьянел, Мараги без промедления сообщил Шахруху о пьяном состоянии Али Шакани» (Дастур ал-вузара, стр. 359).

Если рассматривать господствующее пространство тогдашнего Герата, то оно чётко подтверждается ярким присутствием в нём и значительной ролью юристов и ученых и факихов двух школ мысли в обществе - ханафитской и шафиитской. Особенно явно это выражается в медресе и других религиозных святынях. Конечно, это не было новым явлением, т.к. начиная с пятого века хиджры ученые двух ветвей религиозных школ Ислама (ханафитской и шафиитской школ) в Хорасане и Мавераннахре приложили огромные усилия для развития, расширения своих взглядов и создания своих сочинений.

Среди шафиитских личностей следует упомянуть таких, как: Имам ал-харамайн Джувайни, Имам Мохаммад Газзали, Абдал-Карим Кушейри, Абу Бакр Байхаки, Абу Саъд Самъани Абу Мухаммад Багави и Абу ал-Музаффар Эсфраини. Они сыграли значительную роль в развитии религиозного направления Ашъари. В числе ярких учёных – ханафитов Мавераннахра этого периода вошли такие гиганты духовной мысли как Абу Бакр Сарахси, Фахр ал- ислам Имам Бездави, Имам Абу ал-Юср ал-Баздави, Имам Абу ал-Муъийн ан-Насафи, Имам Абу Хафс ан-Насафи, Наджмуддин ал-Кубра, Ала ад-дин ас-Самарканди, Ала ад-дин Абу Бакр ал-Касани и Бурхан ад-дин ал-Маргинани. Они представили исламскому миру основополагающие идеи ханафитского фикха и традиционные доктрины ал-Матуридия.

Следует упомянуть и Шамс – ад-дина Джазари (1350-1429) – знаменитого шафиитского чтеца (Корана), мусульманского правоведа и известного комментатора Корана 14-15 вв., являвшегося известным учёным эпохи Шахруха. По велению Темура - Шамс – ад-дин Джазари переселился в Мавареннахр и некоторое время продолжал свою деятельность в Герате2.

Хафез Абру с уважением и гордостью вспоминает его деятельность в Герате в 1418 году и проведенные им циклы проповедей и лекции по хадису (География Хафиза Абру, т.2.С.25) .

В арабских исторических текстах мы встречаем сведения о преданных науке людях, которые невзирая на трудности путешествия (дальней дороги), в 15 веке прибывали в Хорасан и Мавареннахр, чтобы приобрести знания и усовершенствоваться в науке. Среди них следует упомянуть Абдуллатифа бин Абдуррахмана Хазраджи, известного как Ибн Ганим, являвшегося шариатским законоведом, и в то же время известным суфием и поэтом. Абдуллатиф бин Абд- ар-Рахман Хазраджи приехал в Герат около 1417 года вместе с Зайн -ад-дином Хавафи и приобрёл шариатские знания у местных улемов. Еще один человек, заслуживающий упоминания - это Абу Бакр бин Мухаммад Шази ал-Хисни. Он также был шафиитским ученым, который в течение пяти лет учился у Муллы Мухаммада б. Мусы. В число трудов ученого по фикху входят: «Комментарий МавакифАзд – уд-дина Эджи и Комментарий по мусульманской логике «ат-Тавале’» - ﺷﺮح ﻣﻮاﻗﻒ ﻋﻀﺪاﻟﺪﯾﻦ اﯾﺠﯽ و ﺷﺮح اﻟﻄﻮاﻟﻊ .

Позже ему удалось получить звание «ал-Кария» - чтеца Корана в Египте, в учебном заведении Аль-Азхар3. (Аль-Кабс аль-Хави, лигурарзу аль-Сахави, том 1, стр. 431; Том 2, стр.387)

Еще одним из положительных начинаний Шахруха по развитию и укреплению религиозных центров, была поддержка в создании Центра перевода религиозных произведений. Кроме того, он усердно работал над созданием богатой библиотеки дворца, которого Абд ар-Раззак Самарканди описал следующим образом:

«Редкие рукописи, включающие различные принципы и разделы шариата, содержались в его дворцовой библиотеке и хранились в специальных сундуках, особых книжных полках, приготовленных для пользования улемами и всем народом»4.

Строительство здания данной библиотеки относится к началу правления Шахруха, то есть к 1410 году. Эта библиотека действительно была богатой и ценной с точки зрения арабских, персидских и турецких источников по религиозным, юридическим и шариатским наукам; среди книг, находившихся в библиотеке Шахруха, можно назвать книгу «ал-Мавахибаш-Шарифа фи манакибАбиХанифа» - ﮐﺘﺎب اﻟﻤﻮاﻫﺐ اﻟﺸﺮﯾﻔﻪ ﻓﯽ ﻣﻨﺎﻗﺐ اﺑﯽ ﺣﻨﯿﻔﻪ автора «Тарихи Бейхаки» - Абулкасыма ал-Байхаки. Была переведена эта книга Юсуфом бин Мухаммадом бин Шахабом, известным по прозвищу «Ахлийе Фарси» в 1436 году на фарси под названием ﺗﺤﻔﮥ اﻟﺴﻠﻄﺎن ﻓﯽ ﻣﻨﺎﻗﺐ اﻟﻨﻌﻤﺎن «Подарок Султану о похвальных качествах и деяниях ан-Ну’мана» и была преподнесена в подарок Шахруху.

 

Книга «Насайих Шахрухи»

Автором книги «Насайих Шахрухи» является один из известных ученых и юристов первой половины XV века. Своё имя в настоящей книге автор указывает следующим образом: «Джалал бин Мохаммад бин Убайдулла аль-Кайни (родивший в Каине) ан-Насафи ал –Бухари ал-Хирави» (С.240). На полях одного из его произведений под названием «Тибян ал-кабаир» указывается, что его родословие берёт своё начало от Наджмиддина Омара ан-Насафи и приводится следующим образом:

«Абу Мухаммад Джалал ал-миллава-д-дин Мухаммад ибн ал-Имам Наджм ад-дин Мухаммад бин Шихаб ад-дин Убайдулла бин Хисам ад-дин Хусейн бин Камаль ад-дин Самсам бин Шамс ад-дин Мухаммад бин аль-Имам Наджм ад -дин Умар ан-Насафи».

Его отец также был известным факихом своего времени и какое-то время учился у имама Мохаммада Ансари Мадани. В одном из мест, он процитировав своего отца высказывает его отношение с точки зрения фикха - вердикт о запрете игры в шахматы.

 Его деды по отцу и по матери, т.е. ﻣﻮﻻﻧﺎ ﻋﻤﺎداﻟﺪﯾﻦ ﻋﻤﺮ و ﻣﻮﻻﻧﺎ ﺣﺴﺎم اﻟﺪﯾﻦ

Мавлана Эмадуддин Омар и Мавлана Хисамуддин были видными учёными ханафитского толка («Насайих Шахрухи». С.302). Несомненно то, что он родился в Каине, в юности уехал учиться в Бухару и много лет жил в этом городе со своим отцом. Затем он вернулся в Хорасан и поселился в Герате. В годы своего пребывания в Герате он воспользовался знаниями нескольких устадов (учителей), среди которых следует назвать Сейеда Хисама ад-дина Мохаммада Самарканди (умер в 1404 г.). Также он учился у известного Ибн Джазари и сумел получить «ал-Иджазу» (Разрешение, Диплом) от него на преподавание и комментирование хадисов Пророка.

Каини попал в поле зрения Шахруха с самого начала его правления и по приказу Султана занимался проповедью и преподаванием в Гератском Джаме’ (университете). В своих произведениях Хандемир упоминает Медресе «Пиш Барех», которое было построено по инициативе Каини и располагалось в городе Герат5.

В то же время Джалал Каини продолжал свою деятельность в медресе деревни Джагартан, входившей в состав Герата. Это медресе было построено по его велению. Проходили там занятия, проводились дискуссии. Также он продолжал здесь свою научную деятельность.

В последние годы жизни Каини был назначен Шахрухом мухтасибом города и на протяжении всей своей дальнейшей карьеры он проявлял большое усилие по подавлению антирелигиозных общин6.

При изучении сохранившихся источников XV и XVI веков мы встретим свидетельства того, что Джалал Каини во дворце Шахруха действительно был влиятельным учёным - правоведом своего времени, особенно в столице Герате. Он пользовался особым уважением и вниманием у Тимуридского Султана - Шахруха . Ходжа Убайдулла Ахрар Вали отмечает: «В один из праздничных мусульманских дней МауланаДжалалКайни выступил с проповедью и Мирза Шахрух присутствовал на том собрании.

Автор «Маджалес ал-ушшак» также цитирует текст, в котором говорится о силе и влиянии Каини в разделе, посвященном Герату.

Данный инцидент привел к тому, что судья вынес решение об отступничестве Мира Махдума. Подобное решение мог вынести только высокопоставленный факих - юрист.

В книге «Назидания Шахруха», где речь идёт о покушении на жизнь Султана Шахруха в Соборной мечети Герата, часто указывается на достойное внимание Султана к словам и мнениям Каини.

Среди предложений Каини упоминается его просьба во время молитвы Ид-ал-Фитр в Герате к Шахруху пересмотреть вопрос о переселении большого количества людей из Хорасана в Мавареннахр и помиловать их. Просьба Каини была удовлетворена без промедления со стороны Тимуридского Султана («Назидания Шахруха». С. 210).

 

Джалал Каини глазами своих

коллег-писателей современников

Историки и писатели XV века в основном отзывались о нем с уважением и почтением. Автор «Максдал-ал-икбал Султанийя» называет его «Предводителем назидателей» - قدوة الناصحین - «Великим знатоком высказываний Пророка» - زبدة المحدثین .

Каини долгое время работал проповедником и оратором в Большой мечети Герата (С. 82). О его феноменальной памяти Автор «Максал-ал-икбал Султанийя» пишет следующим образом:

«Если бы его воспоминания были бы записаны, люди были бы поражены». В книге «Фараид Гияси» вспоминают его разными почётными прозвищами как: «Ал-Мавла ал-Имам ал-Хумом, Мубайин ал-халалва-л-харам, Насех ал-мулуква-л-хуккам, Султан ал-мударрисийн, Бурхан ал-маваизийн, Джалал ал-хаква-д-дийн, Пешвоидалервабузургвор, Рушангарихалолвахаром, Пандомзиподшохон вафармонравоён, Султонибартаримударрисон, Улгуи (ибрати) воъизон, Шукухи хаквадиёнат – Мавлоно Джалол ибн Мухаммад Каини». (Фараид Гияси, Т.2.С. 552).

Кончина Джалала Каини

Согласно всем первоисточникам, смерть Каини произошла во время чумы 1430-х годов. Эта болезнь, распространившаяся с запада Ирана в 1433 году, охватила такие города, как Тебриз и Султания, поразила жителей Герата в 1435 году. Скорее всего, он умер в 1430 году и был похоронен в деревне Мехрабад, Нейшабур .

Эта болезнь умертвила тысячи людей. Среди других известных людей, умерших от чумы в Герате, следует упомянуть Мохаммеда бин Са’да ад-дина Тафтазани, Зайн ад-дина Хавафи и Абд аль-КадираГойинде, который был известным музыкантом8.

Джалал Каини был похоронен в построенном им школе –медресе деревни Джагартан (см. рис.1).

 

Произведения Каини

В рукописных текстах XV века и последующих книгах упоминания о произведениях Каини не встречаются. Только в каталогах рукописей разных библиотек ему приписано несколько произведений, ни одно из которых до сих пор не исследовано и не опубликовано. Их названия приводятся следующим образом:

- «Комментарий на аль-Кабаера» - «Тибян ал-кабаир» на персидском языке на тему великих грехов, копия которого находится в коллекции Саида Нафиси в Тегеранском университете и хранится под номером 429 в составе «Jang 2809».

- Сборник «Сорок хадисов», включая описание сорока пророческих хадисов (с.), копия рукописи находится в вышеуказанном сборнике в коллекции Саида Нафиси в Тегеранском университете.

- Рукопись «Партав-э Падишах» - «Сияние Падишаха» Другая версия упоминается в библиотеке Сулеймание под номером 616.

- Рукопись «Мифтах ал-фараид» - «Ключ к фараизу – обязательствам мусульман». Это произведение посвящено обязательным долгом мусульман, неполная рукопись в трёх листах, написанных в 15 веке, входит в коллекцию № 2920 Центральной библиотеки Тегеранского университета.

- Рукопись «Шу’аб аль-ийман» - «Ветви веры», в котором изложено 77 ветвей веры.

- Рукопись «Поприще учителя» - «Нисаб ал-му’аллим».

- Рукопись «То, что необходимо» - «Ма лабудда»

- Рукопись «Лавами’ aл-азкар» - «Блеск (сияние) Зикра». Книга содержит 41 пророческий хадисов в пяти главах, посвященных Зикру и различных версии молитв – «ал-ад’ияту». Данная рукопись хранится в коллекции МурадаБухари библиотеки Сулаймание под номером 333. (см рис 2)

И, наконец, книга «Назидания Шахруха» – «Насаех-э Шахрухи», которая и является предметом нашего обсуждения. Только один экземпляр данной рукописи был обнаружен в Национальной библиотеке Австрии (в Вене), который принадлежал дворцовой библиотеке Шахруха. Эта рукопись состоит из 342 л. В солнечной печати, находящаяся в начале этого произведения приводится нижеследующая запись:

 

ﺑﺮﺳﻢ ﺧﺰاﻧﻪ ﺳﻠﻄﺎن اﻻﻋﻈﻢ و ﺧﺎﻗﺎن اﻻﻋﺪل ﺳﻠﻄﺎن ﺷﺎﻫﺮخ ﺑﻬﺎدرﺧﺎن ﺧﻠﺪ ﻣﻠﮑﻪ و ﺳﻠﻄﺎﻧﻪ

 

«В честь книжной сокровищницы Султана ал-А’зама (величайшего) и Хаканаaл-‘Адиля (наисправедливейщего) Султана Шахруха Бахадурхана» (См.рис.3).

Подобный вид Солнечной печати и входящая в него фраза с небольшим отличием наблюдается в большинстве султанатских рукописных экземплярах, принадлежавших дворцовой библиотеке Шахруха и библиотеках его сыновей. Судя по колофону рукописи, переписка была завершена в среду, 27-го числа месяца джумади ас-сани 820 года хиджры //20 августа 1417 года. (см рис 3)

 

Оглавление книги

«Назидания Шахруха»

Главы книги «Насаих-э Шахрухи» представлены в виде десяти принципов (Асл) и четырех направлений (Максад-Макасид), каждые из которых разделены на десять разделов. Десять принципов книги таковы:

• Об истинном намерении падишаха;

• О том, что (с добрыми намерениями султана, королевства) могут быть реализованы все права Шариата;

• Упоминание аятов Корана, относяшихся государственным мужьям – государственным служащим;

• Упоминание хадисов Пророка, государственным мужьям – государственным работникам;

• О необходимости знания ценности (важности) принципов ВЕЛАЯТА и САЛТАНАТА (СУЛТАНСТВА);

• Об опасности и вреда, грозяшим ВЕЛАЯТУ и САЛТАНАТУ, где верховенствуют гнет и угнетения;

• О том, что правители среди людей больше всего нуждаются в совете, назидании;

• О том, что падишаху необходимо иметь при себе богобоязненного и правдивого учёного – мудреца;

• О том, что давать совет падишахам и молиться за них важнее, чем давать совет другим и молиться за каждого;

• Об условиях, процедурах преподнесения (изложения) совета, назидания Султанам – королям;

Четыре цели (направления) книги сводятся в следующем:

- Справедливость с подданными Султаната;

- Милосердие к слабым;

- О том, что касается положения Армии Султаната (об укреплении войск);

- Политика государства перед (своим) народом, особенно, политика, направленная против коррумпированных людей, коррупции;

Как уже упоминалось, каждая из указанных целей – направлений разделены на десять глав («Насаих-э Шахрухи», стр.4-6).

 

Назидания Каини султану Кахруху

(ﻧﺼﯿﺤﺖﻫﺎی ﻗﺎﺋﻨﯽ ﺧﻄﺎب ﺑﻪ ﺷﺎﻫﺮخ)

Во введении к своей книге Каини утверждает, что в день Зуль Каада в 813 года хиджры по приказу и следуя фарману Шахруха, из Монголских традиционных законов были удалены (убраны), такие законы (понятия) как Тура - توره и Йаргу - . یَرغو Этим нововедением Шахруха был сделан важный шаг с его стороны в пользу уважения шариату Мустафы (САВ) и торжеству божественных законов.

Возникновение таких условий, особенно в центре правительства Тимуридов, подготовило почву для появления и деятельности такого правоведа и проповедника шариата, как Джалал Каини. В этот период также проживал и вёл свою плодотворную деятельность в Герате выдающийся арабский ученый и богослов Шамс ад-дин Мухаммад Джазари. Благодаря их произведениям процветали философско- религиозные дисциплины, такие как тафсир, хадис и юриспруденция. Искатели знаний в Герате и прилегающих районах ценили присутствие этого великого арабского учёного и участвовали в его уроках, проповедях и дискуссиях. Среди них есть Абд ар-Раззак Самарканди - известный историк, который сам, а также три его брата учились у Ибн Джазари9 (ﻣﻄﻠﻊ ﺳﻌﺪﯾﻦ، ج 2/1 ، ص 413. )

История дискуссии между Шамс ад-дином Джазари и Юсефом Оубахи в книге «Хабиб ас СИяр» помогает лучше представить научную атмосферу того времени. Шамс ад-Дин Джазари во время дискуссии, ссылаясь на 18 стих суры Ал-Имран10 и его интерпретации в Кешшафе автора Замахшари, выдвигает десять возражений против позиции Са’д ад-дина Тафтазани. Юсуф Оубахи, защищая своего учителя Тафтазани, аргументированно отвечает только на шесть научных возражений, и просит присутствующих, чтобы остальные четыре возражения сравнивались и решались таким же образом11.

В контексте фактов и в меру особого внимания Султана Шахруха в пропаганде религиозных предписаний, запрете недозволенного по Шариату (нахй аз мункарот) и уважении шейхов - богословов, факихов-правоведов и улемов, появление на свет рукописи ﻧﺼﺎﯾﺢ ﺷﺎﻫﺮﺧﯽ «Шахрухова назидания» выглядит вполне естественным.

Аналогичный вопрос также обсуждался со стороны Хусейна Ваиза Кашефи в конце того столетия в книге «Этика Мухсини» в следующей интерпретации:

«И среди знатоков науки и мудрости, необходимо Султану, чтобы был при нём учёный, благочестивый и богобоязненный Факих, охвативший основные столпы обязанности и божественные предписания, традиционные запросы по молитве, посту, омовению. И чтобы Благословения его Фетво (фетв) проникло в повседневную жизнь султанатского правительства, шариата и знавший все главные и второстепенные вопросы. И чтобы он в нужное время предоставил мусульманам возможность различать дозволенное и запретное. И чтобы он (Факих) изложил ясными словами мусульманам.

Стихотворение:

ﮔﺮ ﻧﯿﺎﯾﺪ ﻧﮑﺘﻪ ﻫﺎ از ﻓﻘﻪ و ﻓﺘﻮا در ﻣﯿﺎن

ﻣﻨﻬﺪم ﮔﺮدد اﺳﺎس ﺷﺮع و ﻣﻠﺖ در ﺟﻬﺎن

Если во время не исправить (не урегулировать) искажённые представления мусульман по фикху (юриспруденции) и фетвы,

То тогда в мире будут разрушены основы шариата и нации!».

Каини подчёркивает, что при султане должен быть (действовать) достоверный советник (Носех-э амийн) и проводник верной дороги, который учит мусульман предписаниям, установки о будущей жизни (ухрави) и снабжает их религиозными праведными назиданиями. Истинный назидатель – советник (Носех-э амийн) должен ясными словами и примерами в достаточном количестве образцов удерживать мусульман от совершения постыдных дел и неподобающих высказываний, от воплощения злых умыслов (поступков) и совершения запретных грехов – мухаррамот» (Этика Мухсини, С. 165).

Он (Каини) глубоко рассматривая теорию дворцовых улемов и факихов, которые были убеждены в том, что: «Дело Султаната не ограничивается только читкой четок (тасбихом), мисваком (зубочисткой), аскетическим времяпровождением у молитвенного коврика и довольствовании куском ячменной лепёшки, и все диванские проблемы не могут решаться по правилам шариата, и в результате (порой) возникает необходимость убить или повесить и в этом вопросе надо обращать внимание на мнения и усмотрение вузаро (министров)», выдвигает своё собственное мнение. По его видению, следует соблюдать уважение и терпимость к подданным, избегать ненужных расходов, никому не нужных помпезных праздников, лишних праздничных украшений в городах, роскошных мероприятий. Каини сильно критикует безмерное производство жемчужных украшений, строительство ненужных (краткосрочных) сооружений, комплексов и зданий, финансовое бремя которых лежит на плечах подданных (Назидания Шахруха. СС.204 – 205, 252).

В другой части своих претензий, в ответ на вопрос дворцовых (тех же) улемов, он подчеркивает, что некоторые пророки также правили государством, были правителями и главная задача для них во всех делах была основана на принципах справедливости и равенства.

Другая группа юридических советов и критических замечаний Джалала Каини взята из мнений, основанных на ханафитской школе мусульманской юриспруденции. В этом контексте его внимание сосредоточено главным образом на противодействии репрессивным налоговым законам, сохранившимся со времен Великих Моголов. Это показывает, что в XV веке на больших территориях Ирана, включая Хорасан, все еще действовали варварские налоговые обычаи, оставшиеся от периода Ильханата.

Как было сказано ранее, по инициативе Каини и по приказу Шахруха были отменены налоговые сборы по Йаргу и Тура. Но так или иначе в этот период с народа взимались разные виды налогов другими способами вопреки законам шариата.

Между тем, в подобном налоговом законодательстве упор делался больше на противопоставление двух видов налогов: ТАМГА и QULON. Тамга, как все объемлющий налоговый закон, оставшийся со времен Ильхани, часто взымался из торговых доходов торговцев и доходов от промышленности. Совокупная сумма подобного налога во много раз превышала сумму Закят.

Этот вид налога, распространенный до конца эпохи Тимуридов, постепенно стал аналогичным со всеми видами незаконных, антишариатских налогов, и по этой причине ученые пытались его отменить. Во время правления султана Якуба и Узун Хасана Ак Куюнлу также были предприняты усилия по приведению монгольских налогов в соответствие с исламскими (Das Steuerwesen Ostanatoliens , p. 191).

Каини в своей книге многократно заявляет, о том, что Султану следует сосредоточиться не только на проблемах своей столицы. Скорее всего такого рода налоговые противошариатские сборы, нарушения прав поданных (людей) происходят в основном в районах, удаленных от Герата, и большая часть районов Хорасана вовлечена в эти налоговые проблемы.

Еще одним важным его (Каини) поручением является взыскание от налога на душу населения, т.е. от чисел учёных и талибов, занимающиеся наукой.

Он считает, что по законам шариата монахи-немусульмане, обычно освобождаются от налога «Джизья».

Так почему взымается от ученых Уммы Мухаммада, мир ему и благословение Аллаха, налоги в виде Калаанат и Маувнат - ﻗﻼﻧﺎت و ﻣﻮوﻧﺎت и далее он подчёркивает:

«Если невозможно отменить эти налоговые законы вообще, то, по крайней мере, их следует отменить их для людей, занимающихся наукой» (Назидания Шахруха, С.212).

Автор редакции и критического текста рукописи надеется, что книга «Назидания Шахруха» станет важным источником исторической информации из первых рук о социально – религиозных аспектах ситуации Хорасана и Мавераннахра в 15 веке. Надеемся, что исторические сообщения, приведённые в этом источнике, будут использованы исследователями и энтузиастами блестящей истории и цивилизации империи Тимуридов, особенно учёными двух дружественных и братских стран Ирана и Узбекистана.

Данный источник особенно важен и тем, что рукописи типа наставлений, назиданий и советов, относящиеся к тимуридской эпохе, в настоящее время - редки. Посему данная книга может восполнить недостаток подобных источников.

ﻣﻨﺎﺑﻊ ﻣﻮرد اﺳﺘﻔﺎده

Список использованной литературы:

اﺑﻦ ﺟﺰری، ﻣﺤﻤﺪ ﺑﻦ ﻣﺤﻤﺪ. ﺗﺤﺒﯿﺮ اﻟﺘﯿﺴﯿﺮ ﻓﻲ اﻟﻘﺮاﺋﺎت اﻟﻌﺸﺮ. ﻧﺴﺨﮫ ﺧﻄﯽ ﮐﺘﺎﺑﺨﺎﻧﮫ ﻣﺮﮐﺰی داﻧﺸﮕﺎه

ﺗﮭﺮان. ﺷﻤﺎره٣٢۴ .

دﯾﺎر ﺑﮑﺮﯾﮫ. اﺑﻮﺑﮑﺮ ﻃﮭﺮاﻧﯽ، ﺑﮫ ﺗﺼﺤﯿﺢ ﻓﺎروق ﺳﻮﻣﺮ، ﻧﺠﺎﺗﯽ ﻟﻮﻏﺎل. ﺗﮭﺮان: ﻃﮭﻮری، .١٩٧٧

اﻻﻗﺒﺎل ﺳﻠﻄﺎﻧﯿﮫ و ﻣﺮﺻﺪ اﻵﻣﺎل ﺧﺎﻗﺎﻧﯿﮫ. اﺻﯿﻞ اﻟﺪﯾﻦ واﻋﻆ، ﺑﮫ ﺗﺼﺤﯿﺢ ﻏﻼﻣﺮﺿﺎ ﻣﺎﯾﻞ ھﺮوی. ﻣﻘﺼﺪ

ﺗﮭﺮان: ﭘﮋوھﺸﮕﺎه ﻋﻠﻮم اﻧﺴﺎﻧﯽ و ﻣﻄﺎﻟﻌﺎت ﻓﺮھﻨﮕﯽ، .٢٠٠٧

ﻋﺮﻓﺎتاﻟﻌﺎﺷﻘﯿﻦ و ﻋﺮﺻﺎتاﻟﻌﺎرﻓﯿﻦ. اوﺣﺪی ﺑﻠﯿﺎﻧﯽ. ﺗﺼﺤﯿﺢ ذﺑﯿﺢاﷲ ﺻﺎﺣﺒﮑﺎری، آﻣﻨﮫ ﻓﺨﺮاﺣﻤﺪ. ﺗﮭﺮان:

ﻣﺮﮐﺰ ﭘﮋوھﺸﯽ ﻣﯿﺮاث ﻣﮑﺘﻮب؛ ﮐﺘﺎﺑﺨﺎﻧﮫ، ﻣﻮزه و ﻣﺮﮐﺰ اﺳﻨﺎد ﻣﺠﻠﺲ ﺷﻮرای اﺳﻼﻣﯽ، .٢٠٠٩

. ﺗﺎرﯾﺦ اوﻻد ﺗﯿﻤﻮر از ﺗﻮارﯾﺦ ﻣﻠﻮک و اﻧﺒﯿﺎء. ﺟﻌﻔﺮﺑﻦ ﻣﺤﻤﺪ ﺟﻌﻔﺮی، ﺑﮫ ﺗﺼﺤﯿﺢ ﻋﺒﺎس زرﯾﺎب ﺧﻮﯾﯽ.

ﻗﻢ: ﻣﻮرخ، .٢٠١۴

ﺟﻐﺮاﻓﯿﺎی ﺣﺎﻓﻆ اﺑﺮو: ﺑﺨﺶ ﺧﺮاﺳﺎن. ﺑﮫ ﺗﺼﺤﯿﺢ ﺳﯿﺪﻋﻠﯽ آل داود. ﺗﮭﺮان: ﺑﻨﯿﺎد ﻣﻮﻗﻮﻓﺎت دﮐﺘﺮﻣﺤﻤﻮد

اﻓﺸﺎر،٢٠٢٠ .

ﺗﺎرﯾﺦ ﺣﺒﯿﺐ اﻟﺴﯿﺮ. ﻏﯿﺎث اﻟﺪﯾﻦ ﺧﻮاﻧﺪﻣﯿﺮ، ج ۴، ﺗﺼﺤﯿﺢ ﺳﯿﺪﻣﺤﻤﺪ دﺑﯿﺮﺳﯿﺎﻗﯽ. ﺗﮭﺮان: ﮐﺘﺎﺑﻔﺮوﺷﯽ ﺧﯿﺎم،

.١٩۵۴

ﺳﻠﺴﻠﮫاﻟﻌﺎرﻓﯿﻦ و ﺗﺬﮐﺮهاﻟﺼﺪﯾﻘﯿﻦ: در ﺷﺮح اﺣﻮال ﺧﻮاﺟﮫ ﻋﺒﯿﺪاﷲ اﺣﺮار. ﺑﺮھﺎن اﻟﺪﯾﻦ ﺳﻤﺮﻗﻨﺪی، ﺑﮫ

ﺗﺼﺤﯿﺢ اﺣﺴﺎن اﷲ ﺷﮑﺮاﻟﻠﮭﯽ. ﺗﮭﺮان: ﮐﺘﺎﺑﺨﺎﻧﮫ، ﻣﻮزه و ﻣﺮﮐﺰ اﺳﻨﺎد ﻣﺠﻠﺲ ﺷﻮرای اﺳﻼﻣﯽ، .٢٠٠٩

اﻟﻘﺒﺲ اﻟﺤﺎوی ﻟﻐﺮر ﺿﻮء اﻟﺴﺨﺎوی، ﻋﻤﺮﺑﻦ اﺣﻤﺪ، ﺣﻘﻘﮫ ﺣﺴﻦ اﺳﻤﺎﻋﯿﻞ ﻣﺮوه و ﺧﻠﺪون ﺣﺴﻦ ﻣﺮوه،

ﺑﯿﺮوت: دار ﺻﺎدر، .١٩٩٨

ﻣﻄﻠﻊ ﺳﻌﺪﯾﻦ و ﻣﺠﻤﻊ ﺑﺤﺮﯾﻦ. ﻋﺒﺪاﻟﺮزاق ﺳﻤﺮﻗﻨﺪي. ﺑﮫ اھﺘﻤﺎم ﻋﺒﺪاﻟﺤﺴﯿﻦ ﻧﻮاﯾﻲ. ﺗﮭﺮان: ﻣﻮﺳﺴﮫ ﻣﻄﺎﻟﻌﺎت

و ﺗﺤﻘﯿﻘﺎت ﻓﺮھﻨﮕﻲ،٢٠٠۴ .

آﺛﺎر اﻟﻮزراء از ﮐﺘﺐ ﻣﻮﻟﻔﮫ در ﻧﯿﻤﮫ دوم ﻗﺮن ﻧﮭﻢ ھﺠﺮی. ﺳﯿﻒ اﻟﺪﯾﻦ ﻋﻘﯿﻠﻲ، ﺗﺼﺤﯿﺢ ﻣﯿﺮﺟﻼلاﻟﺪﯾﻦ

ﺣﺴﯿﻨﯽ ارﻣﻮی )ﻣﺤﺪث.( ﺗﮭﺮان: داﻧﺸﮕﺎه ﺗﮭﺮان،١٩۵٨ .

رﺷﺤﺎت ﻋﯿﻦ اﻟﺤﯿﺎت. ﻓﺨﺮاﻟﺪﯾﻦ ﻋﻠﯽ ﺻﻔﯽ، ﺑﺎ ﻣﻘﺪﻣﮫ و ﺗﺼﺤﯿﺢ ﻋﻠﻲاﺻﻐﺮ ﻣﻌﯿﻨﯿﺎن. ﺗﮭﺮان: ﺑﻨﯿﺎد

ﻧﯿﮑﻮﮐﺎری ﻧﻮرﯾﺎﻧﯽ،١٩٧٧ .

ﻣﺰارات ھﺮات. ﻓﮑﺮی ﺳﻠﺠﻮﻗﯽ ، ﺑﮫ ﺗﺼﺤﯿﺢ ﻋﺒﺪاﻟﺮﺋﻮف ﻣﻠﮏ دﯾﻨﯽ. ھﺮات: اﻧﺘﺸﺎرات ﻓﺎروﻗﯽ، رﺳﺎﻟﮫ

.٢٠٠٠

ﮐﻠﯿﺎت ﻗﺎﺳﻢ اﻧﻮار. ﺗﺼﺤﯿﺢ ﺳﻌﯿﺪ ﻧﻔﯿﺴﯽ. ﺗﮭﺮان: ﮐﺘﺎﺑﺨﺎﻧﮫ ﺳﻨﺎﯾﯽ،١٩۵٨ .

ﻣﻨﺸﺎ اﻻﻧﺸﺎء. ﻧﻈﺎﻣﯽ ﺑﺎﺧﺮزی، ﺑﮫ ﺗﺼﺤﯿﺢ رﮐﻦ اﻟﺪﯾﻦ ھﻤﺎﯾﻮﻧﻔﺮخ. ﺗﮭﺮان: داﻧﺸﮕﺎه ﻣﻠﯽ اﯾﺮان، .١٩٧٨

 

ﻓﺮاﺋﺪ ﻏﯿﺎﺛﯽ. ﯾﻮﺳﻒ اھﻞ. ﺗﺼﺤﯿﺢ ﺣﺸﻤﺖ ﻣﻮﯾﺪ. ﺗﮭﺮان: ﺑﻨﯿﺎد ﻓﺮھﻨﮓ اﯾﺮان،١٩٧٧ .

Die arabischen, persischen und turkischenhandschriften der kaiserlich-koniglichenhofbibliothekzuwien.Staatsdruckerei,1865, vol. 3.

Flugel, Gustav, Wien: k. k. Hof-u, «Das Steuerwesen Ostanatoliensim 15. und 16. Jahrhundert«.Hinz, Walther. Zeitschrift der DeutschenMorgenländischen Gesellschaft, Vol. 100 (n.F. 25), No. 1 , 1950. pp. 177-201.

Power, Politics and Religion in Timurid Iran. Manz, Beatrice Forbes. Cambridge: Cambridge University Press, 2007.

Türkische und mongolischeElementeimNeupersischen, Doerfer, Gerhard. Vol. I-II, Wiesbaden, FranzSteinerVerlag, 1963–1965.